|
Хочется заметить ещё вот что. Поэзия создаётся не на пустом
месте, не из головы автора, а в живом общении с жизнью. Как бы ни творил
поэт (создавал ли он свои стихи опираясь на факты, или рождал их в своей
душе) всё равно материалом для стихов служит жизнь и только жизнь. Лишь на
основе фактов и реалий окружающей жизни он может творить. Другого
материала у него просто нет и быть не может, и этот материал он пропускает
сквозь свою душу. Поэт не машина для создания стихов, а живой, глубоко
чувствующий организм, а это значит, что он не механически работает,
укладывая сюжет в ритм и оперяя строки рифмой, нет! Каждый сюжет
переживается внутренним чувством и, чем сильнее автор переживает, тем
интереснее становятся его стихи, тем благозвучнее составляющие его строки
и слова. Здесь речь идёт не о вдохновении, которое также подсказывает
поэту наиболее удачные слова и словосочетания, самые интересные ходы в
развитии сюжета. Я имею в виду пафос! Страстное воодушевление, подъём. То
состояние души в результате которого воин совершает подвиг, учёный -
открытие, а писатель создаёт великие произведения ума и души! Произведение
лишённое пафоса - мертво! Вдохновение и пафос - вот два двигателя
творческого процесса. Они порождают чудеса в творчестве. Вдохновение
вкладывает в строки стиха пафос, но как редко в наше время встречаешься с
подобного рода вещами! Чаще всего автор стремится достичь того же
техническими средствами, сюжетными построениями. Конечно, и техника, и
изощрённость ума могут многое. Этому нужно отдать должное, удивляться, но
- волнение души оно не заменит! Пусть при этом автор сбивается с ритма,
совершает другие мелкие промахи, но за восторг получаемый от таких стихов,
ему можно простить многое. Вот за что мы так ценим ранние стихи многих
поэтов. Чаще всего в дальнейшем поэт, как говорится, становится
профессионалом, и пафос… уходит. Вспомните знаменитую "Вакхическую песню"
А.С.Пушкина: здесь - что ни строчка, то ясно чувствуется молодой задор.
Перечитайте стихи. Сколько восклицательных знаков!
Раздайтесь вакхальны напевы!
Да
здравствуют нежные девы
И юные жёны
любившие нас!
Полнее
стакан наливайте!
Уже в приведённых строках три восклицания, причём - два подряд! - какая
экспрессия чувств! А посмотрите на ритм:
На звонкое дно
В густое
вино
Заветные кольца бросайте!
Чувствуется, что автор торопится как можно скорее высказать всё, что
чувствует, выплеснуть душу. Только внутренним волнением можно объяснить
такой рваный ритм, когда одна строка становится короче другой. Это так
называемые вольные ямбы. (Такие же строки можно встретить у Эдгара По в
его "Колокольчиках и колоколах", где он стремится передать музыкальный
ритм звона.) Но пафос создаётся не только размером строки, это не главное,
а главное - внутреннее напряжение всего стиха, его содержание, а всё
вместе складывается в стройное музыкально-поэтическое произведение.
А.С.Пушкин не просто отдал дань античной традиции, он и сам любил подобные
пирушки в кругу своих друзей (вспомните, как это описано в "Медном
всаднике") Значит, пафос не наигранный, а пережитый самим автором и он
только передаёт его в стихах. Не зря эти стихи названы песней - их можно
петь! Но о чём песня? Не просто о беспечном веселии молодых людей - слова
вложена очень большая мысль:
Да
здравствует солнце,
Да скроется тьма!
Поэт говорит о победе добра - солнца, над злом - тьмой. А злом в те
времена был царизм, крепостничество. И опять встаёт вопрос: в чём же
музыка этой песни? Тут можно вспомнить слова Б.Ластернака: "Я … всегда
считал, что музыка слова - явление не акустическое и состоит не в
благозвучии гласных и согласных, отдельно взятых, а в соотношении значения
речи и её звучания". Это очень интересное замечание, подтверждающее ещё
раз, что главное в творчестве не форма, а содержание. Белинский так
определяет понятие пафоса: "Поэтическая идея это не силлогизм, не догмат,
не правило, это живая страсть, это пафос".
Музыка речи зависит ещё и от того, как её воспринимает сам автор. Так что,
читатель должен сначала освоить поэтику того или иного поэта, чтобы
понимать его творческую манеру и получать наслаждение от стихов.
Следовательно автор должен создать свою манеру творчества, найти свои
краски, свою музыку, ритмику. И для этого надо изучать не технику стиха, и
настроение своей души, знать свои пристрастия. Иными словами необходимо,
как говорили древние, познать самого себя. В переводе на язык поэзии это
значит, что каждый автор обязан точно знать свои творческие возможности и
духовные привязанности и, исходя из этого, найти свою тему.
Однако давайте подробнее рассмотрим, как можно добиться
музыкальности стихотворной речи, не прибегая к специальным техническим
приёмам. Для этого вспомним хотя бы как строятся некоторые твёрдые
литературные формы: сонет или октава. Уже по самому способу расположения
строк и рифмовке в них заложена своя музыка. Возьмём для примера триолет.
Эта строфическая форма состоит из восьми строк, где первое двустишие
повторяется в конце строфы и кроме того четвёртый стих есть точное
повторение первого. Вот триолет написанный В.Брюсовым:
Твой
лик загадочный и нежный,
Как
отраженье в глубине,
Склонялся
медленно ко мне.
Твой лик
загадочный и нежный
Возник в
моём тревожном сне.
Встречаю
призрак неизбежный:
Твой лик
загадочный и нежный,
Как
отраженье в глубине.
Кроме того, для музыкальности формы очень важно расположение рифмующихся
строк в строфе. Существует опоясывающая строфа, как в классическом сонете,
когда первая строка рифмуется с четвёртой, а вторая с третьей:
Благословен день, месяц, лето, час
И миг, когда
мой взор те очи встретил,
Благословен
тот край и дом тот светел,
Где
пленником я стал прекрасных глаз,
(Петрарка)
Особенно ярко можно проследить музыкальность строфической
формы на примере Онегинской строфы.
Музыку произведения создаёт и сама композиция стиха, когда в конце
повторяются полностью или частично начальные строки. Вот пример подобного
построения:
Ночь,
улица, фонарь, аптека
Бессмысленный и тусклый свет.
Живи ещё
хоть четверть века -
Всё будет
так. Исхода нет.
Умрёшь -
начнёшь опять с начала,
И повторится
всё, как встарь:
Ночь,
ледяная рябь канала,
Аптека,
улица, фонарь.
(А.Блок)
Какая удивительная по форме стройность всего стиха! Сколько музыки! Это
поистине большая находка большого поэта! Автор сумел в восьми строках
показать жизнь человека зажатого в стенах большого города, и нет ему
выхода. Казалось бы, какая страшная картина! Но как поэтично подаёт её
автор! Красота формы стиха полностью сливается с глубиной содержания. А
теперь вспомним стихотворение А.Фета "На заре ты её не буди". Там тоже
конец стиха повторяет его начало:
Потому-то
на юной груди,
На ланитах
так солнце горит.
Не буди ж ты
её, не буди,
На заре она
сладко так спит.
Поэт не механически перенёс в конец две первых строки, в этом видна логика
мысли, логика сюжета. Я не зря повторяю слова об умении автора думать.
Стихи строятся не по правилам, не по законам природы, хотя и вышли сами из
природной закономерности (ритм), а по внутреннему закону, созданному
автором лично для себя. Однако есть ещё великий закон красоты. Он не
формулируется для всех, каждый обязан его находить и ощущать в себе.
Только нося закон красоты в душе можно создавать прекрасные стихи! А закон
этот - как чувство и мера подскажут. Таковым было правило древнерусских
зодчих, которые скромными средствами (пилой и топором) умели создавать
такие чудеса, которыми мы любуемся и до сих пор, замирая от восторга.
Научившись применять его, вы найдёте красоту стиха в самих себе.
А теперь давайте поговорим о технических методах и средствах
инструментовки стихотворного текста. Инструментовка - термин введённый в
литературу французским литературоведом Р.Гилем. Она состоит в умении
обрабатывать стихотворные строки, придавать им определённыё тембр и
эмоциональную окраску. (Вот вам ещё один пример связи слова с музыкой.)
Одно из значений этого слова в музыке - распределение звучности
оркестровой пьесы между отдельными инструментами. Чем же располагает автор
для того чтобы провести инструментовку своего произведения, стиха? Прежде
всего чувством вкуса, чувством понимания изящного, красивого. Надо
отметить что музыка присуща всем видам искусства. Когда бываешь в
древнерусских городах, где сохранилась старинная застройка, поражает
умение строителей сочетать высокие строения с низкими. Смотришь на такую
улицу словно на партитуру прекрасной симфонии. Такая застройка не утомляет
человека, она ему соразмерна, не давит на него. Музыку в живописи создаёт
палитра художника - набор цветов, характерный для данной картины, для
данного мастера, колорит и конечно же композиция полотна. У поэта также
есть своя палитра - подбор слов для данного конкретного произведения и для
всего творчества в целом - выразительные средства. Каждый автор обязан
найти только ему присущие средства художественной изобразительности. Здесь
тоже необходимо пользоваться помощью вкуса. Только вкус подскажет, что
нужно в том или ином случае: и стихотворный размер, и количество строк в
стихе, и необходимые языковые средства. Вот что по этому поводу писал
известный поэт В,Иванов: "Развитие поэтического дара есть изощрение
внутреннего слуха: поэт должен уловить, во всей чистоте, истинные, свои
звуки". Далее он говорит "Поэзия - совершенное познание человека, и знание
мира через человека. Лирика, прежде всего - овладение ритмом и числом, как
движущими и зиждущими началами внутренней жизни человека; и через
овладение ими в Духе, приобщение к всемирной тайне. Задача и назначение
лирики - быть силою устроительной, благовестительницкй, и повелительницей
строя. Её верховный закон - гармония; каждый разлад должна она разрешить в
созвучие". Здесь В.Иванов говорит о поэзии символизма, но это можно
отнести и ко всей поэзии в целом.
Если мы говорим о музыке стиха, то гармония - это первое
условие! Вторым условием служит рифма, и вот мнение об этом того же
автора: "Рифма уже заняла почётное место - место, быть может, наиболее
упроченное за нею в будущем, - внутри стиха". Поэты-символисты придавали
формальной стороне поэзии большое значение. Они сумели показать с
наибольшей полнотой музыкальные возможности русского слова. О рифме, как о
средстве музыкальности стоит немного поговорить. Рифма не только скрепляет
отдельные строки стиха, именно через рифму легче вспомнить те или иные
стихотворные строки или узнать принадлежность стиха тому или иному автору.
Так, точная рифма характерна для всей поэзии до двадцатого века.
Дактилическая рифма - характерный признак для поэзии Н.Некрасова, а
В.Маяковскому свойственна ассонансная рифма.
Ой, полна, полна корОбушка,
Есть и
ситцы, и парча.
Пожалей, моя
зазнОбушка,
Молодецкого
плеча!
(Н.Некрасов)
Вы ушли, как
говорится, в мир иной.
Пустота -
летите, в звёзды врезываясь…
Ни тебе
аванса, ни пивной -
Трезвость.
(В.Маяковский)
Хорошая крепкая рифма способна украсить стихи, придать им
особое значение. Что такое хорошая рифма? Лично я к таким рифмам отношу
точную и поглощающую: слон-заслон, лава-слава. Такая рифмовка как бы
спаивает рифмующиеся строки, не отвлекает внимание читателя. Именно в этом
и проявляется красота рифм. Рифма не просто скрепляет строки, она не
безделушка в руках автора. В.Маяковский говорил, что он рифмует наиболее
важные по смыслу слова, т.е. рифма у него несёт и смысловую нагрузку.
Народная поэзия очень тонко чувствует значение рифмы, поэтому она часто
пользуется таким литературным приёмом как внутренняя рифма. Это особенно
хорошо видно на примере частушек:
У
тальянки медны планки,
Тонки,
звонки голоса
Я люблю вашу
природу
За кудрявы
волоса.
А вот пример из поэзии профессиональной, где также использовано явление
внутренней рифмы:
Метелица
не ленится
Пригреть
советский люд,
И по
субботам ленинцы
В поленницах
поют.
(Н.Ушаков)
Здесь четыре раза встречается внутренняя рифма: метелица, ленится,
ленинцы, поленница. А вот как пользуется этим же приёмом А.Белый:
Блестели и пели капели,
Златился
покров ледяной…
Сестрицы
сидели и млели
В окошке
весной под луной.
Здесь внутренней рифмой прошито всё стихотворение, и сделано это легко,
естественно, как бы само собой, хотя автор конечно же поступил так вполне
сознательно.
|
